Поезд в революцию. Как возвращался В.И. Ленин из Швейцарии в революционную Россию весной 1917 года. 9-11 апреля

9 апреля 1917 года поезд, в котором ехали политэмигранты, проследовал по территории Швейцарии из Цюриха через Шафхаузен и Тайнген, где был расположен пограничный пункт и таможня. Швейцарские пограничные власти были извещены об условиях проезда группы русских политэмигрантов и не стали проверять паспорта, но учинили досмотр багажа. Затем пересчитали пассажиров. «Каждый из нас, — рассказывает Елена Усиевич, — выходил с задней площадки вагона, держа в руках клочок бумаги с начертанным на нем порядковым номером… Показав этот клочок, мы входили в свой вагон с передней площадки. Никаких документов никто не спрашивал, никаких вопросов не задавал».

Вагон перегнали через границу на немецкую станцию Готтмадинген. Сопровождавший группу атташе германского посольства в Берне Шюллер передал свои полномочия офицерам Германского генерального штаба — капитану фон Планецу и лейтенанту фон Бурингу. Все опять выгрузились из вагона и вошли в зал таможни. Убедившись в том, что количество отъезжающих соответствовало числу тридцать два, пограничники пригласили их в вагон «микст» второго и третьего класса, три двери которого были опечатаны пломбами. Первое мягкие купе отдали немецким офицерам. У его дверей провели мелом пунктирную черту — границу «экстерриториальности». Ни немцы, ни россияне не имели права переступать через нее. «На самом деле вагон, в котором мы разместились, — писал в своих воспоминаниях М.М.Харитонов (в то время секретарь цюрихской секции большевиков, участник поездки в Россию через Германию), — был с одной стороны совершенно открыт, и всякий мог свободно в него войти и выйти. „Пломбированным“ в кавычках он был в том смысле, что по условиям договора никто из нас, кроме Платтена, за все время нахождения вагона на территории Германии не имел права из него выходить, как никто, кроме Платтена, не имел права входить в наш вагон».

Вагон простоял всю ночь на станции Готтмадинген. Только утром вагон подцепили к поезду, следовавшему в Берлин.

10 апреля В.И. Ленин вместе с группой политэмигрантов проезжает по территории Германии через Готмадинген — Штутгарт — Франкфурт-на-Майне — Берлин. Теперь трудно представить с документальной точностью, что видели путешественники через окна в Германии весной 1917 года. Захламленные отбросами войны полустанки, составы с оружием, колючую проволоку, очереди за солдатской похлебкой, голодные лица, траурные шествия и — калеки, калеки, калеки… Н. К. Крупская писала: «Мы смотрели в окна вагона, поражало полное отсутствие взрослых мужчин: одни женщины, подростки и дети были видны на станциях, на полях, на улицах города».

Утром 11 апреля вагон с политэмигрантами прибыл в Берлин сначала на Потсдамский, затем на Штетинский вокзал. Триста тысяч рабочих бастовали в этом городе в тот день, когда там останавливался вагон эмигрантов-большевиков. Платформа, на которой стоял поезд, была оцеплена штатскими шпиками до тех пор, пока вагон не отправили на Засниц.

Владимир Ильич и в поездке не терял времени даром. Он напряженно работал в своем купе над набросками тезисов о задачах пролетариата в революции, знакомил с ними большевиков.

Из воспоминаний М.М. Харитонова: «Мысль Владимира Ильича за все время нашей поездки была исключительно сосредоточена на вопросах, связанных с ближайшей работой партии. Он очень много ходил взад и вперед по вагону, мысленно разрабатывая в деталях стратегический план ближайшего этапа борьбы. По дороге он почти все время думал, думал, почти на глазах у товарищей. Все старались не мешать. Но когда один из них хотел уступить ему свое место, он решительно запротестовал и таким тоном, что никто из нас не стал больше на этом настаивать».

Чтобы не мешать Ленину, когда он работал, в соседних купе вели дискуссии о путях развития революции в России, о будущем страны. Время от времени пели песни вполголоса: «Нас не в церкви венчали», «Не плачьте над трупами павших борцов». На французском языке звучали «Карманьола» и «Марсельеза», что особенно не нравилось немецким офицерам, сопровождавшим вагон.

Фриц Платтен вспоминает:

«В коридоре вагона шел горячий спор. Вдруг Ленин обратился ко мне с вопросом: „Какого вы мнения, Фриц, о нашей роли в русской революции?“ — „Должен сознаться, — ответил я, — что вполне разделяю ваши взгляды на методы и цели революции, но, как борцы, вы представляетесь мне чем-то вроде гладиаторов Древнего Рима, бесстрашно, с гордо поднятой головой выходивших на арену, навстречу смерти. Я преклоняюсь перед силой вашей веры в победу“. — Легкая улыбка скользнула по лицу Ленина, и в ней было можно прочесть глубокую уверенность в близкой победе».

12 апреля 1917 года политэмигранты прибыли наконец в Засниц — германский порт на берегу Балтийского моря…

Похожие новости

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс
comments powered by HyperComments