Очень внимательно читал беседу Виктора Кожемяко с Владиславом Гросулом («Правда», 2021, №1), а затем статью Сергея Кремлёва (№18) и другие материалы о трагедии Советского Союза и главном её виновнике. Высказано немало интересного, актуального. Однако считаю, что даже при такой нелюбви к Горбачёву мои коллеги невольно в чём-то как бы возвеличивают его, представляя всё же неординарным человеком, который, дескать, был способен провести за нос всех, то есть смог скрытно подготовить и реализовать свой план предательства.

Ж.Т. ТОЩЕНКО, член-корреспондент Российской академии наук.
2021-07-02 11:57

Я не полностью согласен с этим выводом и рассматриваю феномен Горбачёва с иных позиций. Хочу подчеркнуть, что это историческое ничтожество, волею судеб и непредвиденных манипуляций достигшее вершин власти, но так и не сумевшее соответствовать ни потребностям страны, ни в широком смысле потребностям времени. Именно узость кругозора, примитивность, колоссальная ограниченность, отсутствие всякого стратегического мышления (но не «нового мышления») привели его и к личному краху, и, что несравнимо хуже, к трагическому краху страны.

Много лет я собирал данные об этом персонаже, что нашло отражение в моей монографии «Фантомы российского общества». Но вышла она, как и почти все научные книги, крайне малым тиражом. Может быть, редакция сочтёт нужным раскрыть читателям газеты ещё более ничтожную суть человека, по чьей вине была разрушена великая страна.

Горе в том, что возник новоявленный эпигон

Напомню, что стоит за словом «эпигоны». Это наследники империи Александра Македонского, которые не смогли сохранить великую империю и своими мелкотравчатыми действиями привели её к развалу. Точно так же можно охарактеризовать деятельность Горбачёва, который, получив «в наследство» великую страну, привёл её к гибели своей примитивной и ограниченной политикой.

Обратим внимание на следующее.

В том, что Горбачёв вошёл в историю, сомнений быть не может. Но как он вошёл, каким образом охарактеризовать эту личность? И прежде всего встаёт принципиальный вопрос: адекватной ли была данная личность доставшейся ей исторической миссии? Ответ у меня однозначный: во главе Советского Союза к концу его существования оказалась сугубая посредственность.

В жизни каждой страны, каждого государства наступают этапы, когда возникает необходимость кардинальных изменений. Это экзамен для тех, кто волею обстоятельств становится у руля перемен. История знает немало великих людей, которые осуществили реализацию объективных потребностей развития своего народа. В истории человечества немало таких деятелей, которые были не просто выдающимися личностями и несли в своей деятельности огромный созидательный потенциал, но сумели повернуть судьбу своей страны, народа, нации на новый виток развития. Можно назвать Джеферсона, основателя Соединённых Штатов Америки, Бисмарка, который своей железной волей добился объединения разрозненных немецких земель, создав на их основе монолитное и мощное государство.

Новейшее время тоже породило крупнейших стратегов исторического развития. К ним прежде всего следует отнести В.И. Ленина, чья деятельность кардинально изменила не только страну, но и весь мир. Именно под влиянием его идей и свершений человечество сделало гигантский шаг вперёд!

В Турции многие изменения, возвысившие её, связывают с именем Ататюрка Мустафы Кемаля, ставшего первым президентом Турецкой Республики. Первый премьер Сингапура Ли Куан Ю способствовал превращению некогда убогого государства в один из мощных центров влияния, в одного из «азиатских тигров». Огромны заслуги перед своим народом у Дэн Сяопина, отца китайского чуда, чья мудрость и провидческий талант обеспечили восхождение КНР на уровень лидера мировой экономики.

Вместе с тем история хранит примеры, когда оказавшиеся у власти персоны не справились с элементарными запросами руководимой ими страны. Их действия ограничивались лишь имитацией государственной деятельности (Николай II) или краснобайством (А. Керенский). Не хватило элементарного чутья, понимания логики исторического развития и первому президенту СССР М. Горбачёву, которого мы знаем теперь как политика самого низкого пошиба.

Горбачёв олицетворял колоссальный разрыв между неотложными потребностями общественного развития и заложенным в советском обществе потенциалом. Претензии на новизну и оригинальные идеи обернулись у него просто блестящими побрякушками. Он не обладал стратегическим мышлением. У него полностью отсутствовало видение исторической перспективы развития страны. Им предлагались отдельные, отрывочные, малопродуманные и мало-продуктивные меры, которые свидетельствовали только о том, что он осознаёт: надо что-то изменять. Но что именно, а главное — как, этого зачастую он не ведал.

Интеллектуальный потенциал Горбачёва был крайне низким! Людей сначала привлекло, что новый руководитель — выпускник Московского университета. Но ведь сам по себе университет ещё не является гарантией, что каждый его воспитанник обладает широким кругозором, умением сочетать профессиональные и общекультурные знания. Горбачёвские идеи, как правило, были ограничены, далеки от того полёта мыслей, который присущ по-настоящему одарённым, талантливым, неординарным людям.

Вспомним, как выступления Горбачёва превращались в огромный поток пустого словоговорения. Из-за ограниченности мышления нередко он не понимал сути и тенденций развития происходящих процессов, вследствие чего его предложения характеризовались случайностью, отдавали экспромтом, отражали шараханье от одной идеи к другой. Его вели по жизни обстоятельства, а не он влиял на них. Ему были присущи сумбур и вопиющая непоследовательность в действиях, а ещё — ориентация на то, чтобы непременно понравиться всем без исключения.

Добавлю, по большому счёту он не имел своей команды, того мозгового центра, который взял бы на себя функцию коллективного творчества. Мало того, истинно творческие люди обычно не задерживались в его окружении, а те, кто оставался, имели примерно такой же интеллектуальный потенциал, как и их руководитель. В годы правления Горбачёва его кадровая политика вызывала нарекания, серьёзное непонимание и прямое отвержение. Он ориентировался на слабых людей, чтобы в их окружении казаться выдающимся деятелем.

Его самомнение ограничивало возможность адекватно реагировать на события, на потребности времени. Горбачёв постоянно опаздывал с принятием решений — жизнь всегда опережала его, и он был вынужден задним числом принимать к сведению происходящее или придавать ему характер законодательной инициативы. Он переигрывал самого себя, пытаясь предстать в наилучшем свете. До сих пор, например, у многих возникают вопросы о его роли в августовских событиях 1991 года, так как политика Горбачёва сводилась к тому, чтобы при любом повороте событий он был в выигрыше, использовав, если потребуется, любое интриганство и шулерство.

Карьеризм — начало и основа его политических амбиций

Карьеризм закладывался постепенно. В юности это было постоянное стремление заявить о себе, что реализовалось в роли комсомольского активиста во время учёбы. По мере взросления Горбачёв быстро уверовал: должны быть лица, прямо и непосредственно способствующие его карьере. Сначала это был Кулаков, первый секретарь Ставропольского крайкома КПСС, который, переместившись в Москву секретарём ЦК КПСС, продвинул протеже на своё место. Став первым лицом в крае, Горбачёв начал поиск такого же надёжного плеча в вершинах КПСС, тем более что ситуация благоприятствовала этому: первые лица страны в большинстве своём отдыхали на территории северокавказских здравниц.

Среди них он сделал ставку на Андропова, могущественного руководителя КГБ, что обернулось сторицей для взятия в дальнейшем вершин власти в Москве. Став секретарём ЦК КПСС по сельскому хозяйству, Горбачёв не особенно заботился, чтобы при принятии тех или иных решений советоваться со специалистами, слушать их мнения, рассматривать возражения. В основе продвигаемых им решений были амбиции, желание получить политические дивиденды, позволяющие заявить о себе как о неординарном человеке.

Ну а в бытность Генеральным секретарём ЦК Горбачёв хотел уже безоговорочного подчинения и беспрекословного послушания как со стороны должностных лиц по горизонтали — своих коллег, первых секретарей крайкомов, обкомов, ЦК компартий союзных республик, так и в непосредственном окружении — в Политбюро и правительстве. И началась грандиозная эпопея перетряхивания кадров. Появились новые люди, которые знали, конечно, кому они обязаны своим возвышением. По некоторым подсчётам, было сменено 84 процента первых лиц в республиках, краях и областях, фактически заново было сформировано Политбюро.

Но и этого Горбачёву показалось мало. На излёте «перестройки» была затеяна кампания по избранию его президентом СССР. И хотя шла игра в демократизацию, свободу слова и гласность, Горбачёв категорически отверг предложения, чтобы наряду с ним кандидатами на этот пост были и другие лица. Не допускал ни малейшего шанса на собственный проигрыш!

Амбиции не покидали Горбачёва и после полного его фиаско. Побыв в политической изоляции несколько лет, он в 1996 году выдвинул свою кандидатуру на пост президента России. Аргументация была «железная»: Ельцин всем надоел, его политика провалилась, а Зюганов не может быть поддержан, поскольку «зовёт в отвергнутое советское прошлое», у которого нет перспективы. Так что у народа в этой ситуации только один выход — голосовать за него, как мудрого человека, знающего, куда и какими путями вести страну. Советы ближних сподвижников не выставлять свою кандидатуру он категорически отклонил. Данные опросов общественного мнения также отверг. И каково же было его удивление, когда из всех кандидатов в президенты он занял последнее место, получив в свою поддержку 0,17% (!) голосов. Теперь уж виноватым оказался народ, не понимающий своего «счастья» в силу «дикости и отсталости».

Стихийность как главная черта управленческих «инициатив»

На первых порах своего правления Горбачёв вроде бы одерживал мелкие краткосрочные победы в виде «демократического общения с народом», но сразу начал проигрывать в стратегии. И это понятно: у «перестройки» был фундаментальный порок — отсутствие ясно продуманного и чётко сформулированного стратегического плана. В результате всё приобрело хаотичный характер.

Ко времени вознесения Горбачёва на вершину власти в обществе созрело убеждение, что нужно многое менять — как в развитии экономики, так и в решении социальных задач. Об этом говорит хотя бы тот факт, что в начале 1980-х годов в ЦК КПСС поступили от трёх до пяти тысяч писем, которые содержали предложения по осуществлению преобразований в социально-экономической и политической жизни. И что же Горбачёв?

Не имея отчётливого видения всей картины происходящего, он начал, с одной стороны, со следования рекомендациям, которые когда-то вычитал в учебнике по политической экономии социализма. Основой всего развития является производство средств производства, потому в первую очередь надо решать эти проблемы, а конкретнее — развивать машиностроение. Этому и были посвящены первые шаги вновь избранного главы КПСС.

Но, с другой стороны, повседневная жизнь диктовала вроде иные проблемы: так называемый ширпотреб. И вот ещё не успели остыть чернила на плане о станкостроении, как был выдвинут лозунг о развитии лёгкой промышленности. Именно тогда прозвучало, что обувь ленинградской фабрики «Скороход» должна стать образцом не только для отечественного, но и для зарубежного потребителя!

Непродуманной, примитивной и ущербной стала антиалкогольная кампания, объявленная в мае 1985 года, то есть через два месяца после прихода Горбачёва к власти. Эта кампания наряду с благими намерениями принесла неисчислимый по своим последствиям вред. Во-первых, были уничтожены огромные площади виноградников, в том числе занятые элитными сортами. По экспертным данным, в период Великой Отечественной войны СССР потерял 22% виноградников, а в период горбачёвской «инициативы» — 30%. Даже «Массандру» собирались уничтожить — её еле отстоял Щербицкий, будучи в то время главным руководителем на Украине.

Во-вторых, эта скороспелая акция не прекратила (за исключением короткого промежутка) алкоголизацию народа, породив бум самогоноварения и связанного с ним расхищения сахара, широкое распространение потребления суррогатов. С огромной скоростью стала развиваться наркомания, расцвела спекуляция, выросла преступность. Быстро набрал силу криминалитет, накопивший стартовый капитал для дальнейших «подвигов».

И, наконец, именно эта кампания пробила брешь в финансовом обеспечении страны. К 1987 году было потеряно 70 миллиардов рублей, что привело к бюджетной катастрофе.

А ведь далее (тут же!) последовал целый каскад других суетливых решений по различным экономическим аспектам, шараханье из одной крайности в другую. Чего стоил хотя бы пресловутый закон «О кооперации», ставший спусковым механизмом для разрушения всей социалистической экономики.

Между тем Горбачёв громит и политическую сферу, подрывая структуру управления страной. Начался демонтаж каркаса управления — постепенное отстранение от принятия решений органов КПСС, которые к этому времени были реальной силой для осуществления долгосрочных, среднесрочных и оперативных планов. Горбачёв никак не хотел обращать внимание на опыт Китая, где политическое руководство было сосредоточено именно в руках Компартии, осуществлявшей и контролировавшей частичный переход к рыночной экономике.

Стихийность проявлялась и в том, что в условиях необходимости принятия принципиальных решений Горбачёв зачастую от них уклонялся. Так было не только во время остроконфликтных событий в Сумгаите, Вильнюсе, Тбилиси. Официальный лидер всё время плёлся в хвосте событий, оправдываясь потом задним числом.

Да, он очень хотел всем нравиться! И у себя в стране, и за рубежом. Там Горбачёв постоянно уступал, демонстрировал готовность принять на себя далеко идущие обязательства, ничего не получая взамен, кроме одобрительных улыбок и похлопывания по плечу. Если США и давали некоторые обещания, то выполнять их не собирались, отделываясь разными объяснениями. Так, распустив Варшавский Договор, Горбачёв не извлёк для Советского Союза никаких дипломатических выгод.

Всё это позволяло напрямую издеваться над лидерами СССР. Например, госсекретарь Дж. Бейкер в конфиденциальной телеграмме пишет Бушу не без сарказма: «Горбачёв начинает говорить как обманутый жених, которого покинули у алтаря».

«Процесс пошёл», или Нищета идей в облике претензии на новизну и гениальность

Горби всегда приписывал себе роль великого творца и вершителя судеб страны. Даже мира! Особенно проявилось это в концепции нового политического мышления. Он стал считать её главным своим открытием, основным творческим достижением.

По сути же эта концепция олицетворяла непомерные претензии на принципиально новый подход к решению актуальных и неотложных внешне- и внутриполитических проблем.

Давайте продолжим о внешнеполитических. Здесь эта концепция была связана как с попытками завершения «холодной войны», так и с её следствием — сокращением гонки вооружений. Отсюда идея строительства «общеевропейского дома», повлёкшая за собой беспринципные, масштабные решения — такие как отстранение СССР от политики и дел социалистических стран, сомнительный Договор об уничтожении ракет средней дальности, поспешные акты о ликвидации Варшавского Договора (но не НАТО, хотя это в словах Горбачёва предполагалось и даже обсуждалось на переговорах).

Как уже было сказано, внешняя политика превращалась в односторонние уступки под лестные разговоры о «мудрости» нового руководителя СССР, пошедшего на беспрецедентную сдачу важнейших позиций. Общеевропейский дом («от Ванкувера до Владивостока») сам по себе был бы желателен. Но как это осуществить? Требовался совет с компетентными людьми, специалистами своего дела, имевшими огромный опыт дипломатической работы, обладавшими умением вести переговоры с изощрёнными оппонентами (противниками).

Однако Горбачёв предпочитал игнорировать таких советчиков, опираясь на своё «независимое и компетентное» решение да ещё на своего выдвиженца — Э. Шеварднадзе, которому была предназначена роль пересмотреть всю внешнюю политику СССР. А ведь он разбирался в ней на уровне обычного провинциального партработника, ни разу не соприкасавшегося с внешней политикой иностранных государств. Именно Горбачёв и Шеварднадзе ничтоже сумняшеся, не имея мало-мальского опыта в дипломатических делах, приняли решение о ликвидации Германской Демократической Республики. Согласились на минимальную сумму «отступных», на скоропалительную эвакуацию при этом Советской Армии с территории ГДР! В результате многие наши воинские части были выброшены буквально в чистое поле. С этого момента, как вспоминает канцлер ФРГ Коль, немцы поняли, что их «партнёр по переговорам не стоит на высоте проблем, которыми ему приходится заниматься».

На тех переговорах был допущен огромный стратегический просчёт. Горбачёв и Шеварднадзе вели дискуссию о том, что в состав НАТО не войдёт объединённая Германия, что НАТО не будет претендовать на своё расширение за счёт ликвидируемого Варшавского Договора. Поначалу и американцы, и европейцы согласились на возможность обсуждать это предложение. Удовлетворённый таким оборотом дискуссии, Горбачёв не обратил внимания на «мелочь»: записать согласие в официальный документ. Каково же было удивление самого автора этого грандиозного дипломатического провала, когда альянс стал распространяться на страны бывшего социалистического блока. По словам Горбачёва, ФРГ, США и другие западные страны обещали ему и «всему миру» (это зафиксировано на аудиозаписи переговоров), что после воссоединения Германии «НАТО не продвинется на Восток ни на один дюйм».

Увы, кончилось обманом!

В том же духе были и другие эпизоды — например, Договор о ликвидации американских и советских ракет средней дальности. Сам Горбачёв и его советчики характеризовали этот договор как своё блестящее достижение, ибо он был принят «на паритетных началах». Только при одном «но». Советские шахты взрывались, ракеты демонтировались, а вот американские ракеты отвозились на склад. Очевидцы вспоминают: только в Валдайском районе Новгородской области размещалось 40 ракетных точек, которые были взорваны (так потребовали американцы). От такого шага Горбачёва тщетно пытались отговорить. Но в 1990 году в стране, владевшей крупнейшей армией в мире, было добровольно уничтожено более половины обычных вооружений, лучшие танки и самолёты. В целом СССР уничтожил больше ракет и вооружений, чем США, что никак не оправдывало тех уступок, на которые шёл Горбачёв в стремлении «сломать стену между Востоком и Западом».

Всё это позволяет сделать вывод, что в результате деятельности Горби произошло превращение СССР из активного субъекта внешней политики в её жалкий объект, которым вовсю стали манипулировать извне.

Не менее показательны горбачёвские претензии и амбиции на внутреннем поле, обернувшиеся провалом. А их тоже было более чем достаточно. Он предложил стране самые разнообразные «инициативы», имеющие, по его мнению, колоссальную теоретическую и политическую ценность. Например, провозгласил политику «гласности» и «соблюдения прав и свобод человека», что увенчалось концепцией общечеловеческих ценностей. Конечно, признание свободы слова в виде «гласности» сыграло роль в освобождении общественного сознания от пут многочисленных запретов, подчас надуманных и ненужных. Однако вскоре это обернулось огульным отрицанием всего того, что было достигнуто на предшествующих стадиях развития советского общества. Причём эта критика набирала темпы, и гласность стала означать вседозволенность.

Что касается идеи о правах и свободах человека, то, будучи правильной в теоретической постановке вопроса, она несла на себе отпечаток концепций и норм их реализации в американском и западноевропейских обществах, полностью игнорируя особенности национального менталитета и российские традиции. А главное — в горбачёвском варианте была абсолютно упущена идея ответственности человека перед обществом и необходимости соблюдения им гражданских и личных обязанностей. В результате стала формироваться атмосфера нравственного нигилизма, торжества крайних форм индивидуализма, на которых и выросла впоследствии волна произвола в постсоветской России.

На заключительном этапе правления Горбачёва самая большая его авантюра связана с попыткой конфедерализации страны, согласно которой не только союзные, но и автономные республики и автономные области получали одинаковые права, вплоть до возможностей действовать как самостоятельные государства. Впрочем, эта идея не пропала — её подхватил Ельцин, когда стал у кормила правления страной.

И какой же можно сделать вывод?

Повторюсь: перед нами человек, волею случайных обстоятельств вознесённый на вершину власти, но обнаруживший крайнюю нищету мышления при непомерных амбициях и с убеждённостью в собственной непогрешимости.

А в заключение хочу сравнить Горбачёва с персонажем повести В. Быкова «Сотников». Там убедительно обрисован образ приспособленца Рыбака, который сначала исповедовал необходимость борьбы с немецкими оккупантами, был даже партизаном, но, попав в плен, избрал такую тактику: подыгрывать фашистам, изображать себя согласным с их требованиями, имея некоторую надежду, что сможет их обмануть и даже вернуться в партизанский отряд.

Но чем всё обернулось? Он стал врагом того дела, которому ранее служил. Это Рыбак осознал тогда, когда выбил табуретку из-под ног приговорённого к повешению своего товарища — капитана Сотникова, отказавшегося угождать требованиям врагов. Иначе говоря, тактика ловчить, притворяться, угождать противникам привела к тому, чтобы стать предателем, могильщиком дела предыдущей своей жизни.

Именно таким и стал Горбачёв, хотя пытался всех уверить, что якобы хотел сохранить Советский Союз. Однако низкий культурный уровень, беспринципность, примитивизм мышления привели к тому, что он предал те идеалы, которым присягал в юности и которым вроде бы служил.

Похожие новости

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс
comments powered by HyperComments

от kprf_admin

Напишите нам