Газета ПРАВДА: Между пациентом и системой.

С сентября этого года приказом минздрава обязанности участковых врачей-терапевтов, педиатров и акушеров-гинекологов разрешается исполнять фельдшерам и акушеркам.

Участковый терапевт — это лицо всего здравоохранения. Именно он стоит на передовой: первым встречает пациента, именно его поведение, знание, внимательность остаются в памяти, когда говорят о «качестве здравоохранения». Но что если за этим лицом скрываются усталость, отчаяние и ощущение бессилия?

Сегодня российская медицина держится на людях, которым всё тяжелее оставаться в профессии. Пациенты ждут внимания и помощи, а врачи часто оказываются в положении тех, кто сам нуждается в поддержке.

«Я работал сразу на пяти участках и получал зарплату за один, — история, которой делится в одном из профессиональных интернет-чатов московский терапевт Андрей Евгеньевич, показывая масштаб кадрового кризиса. — Когда не хватает врачей, руководство просто «размазывает» пациентов по оставшимся терапевтам. Стало невозможно работать. Я уволился и не жалею».

Кроме жутких физических и моральных перегрузок, второй камень преткновения в работе участковых терапевтов — это абсурдная бюрократия, которая стала синонимом госмедицины. Несмотря на цифровизацию, врачи ведут бумажные журналы, распечатывают направления, дублируют записи в нескольких системах. «На пациента выделяют 15 минут. Но 90% этого времени уходит на бумаги. В итоге люди шутят: пациенты мешают врачу заполнять документы. Это не медицина, это конвейер», — пишет в чате новосибирский терапевт. Каждый новый приказ, каждая «оптимизация» добавляют нагрузки. Нет единой базы, программы не работают, отчётность множится, а пациенты ждут живого контакта и человеческого внимания.

С одной стороны, участковый терапевт превращён в регулировщика потоков, перенаправляющего пациентов к узким специалистам и на обследования. С другой, как признаются сами врачи, в неделю им разрешается на это выдать всего 2—4 талона. Записаться на УЗИ или к узкому специалисту — задача на месяцы. Очереди растягиваются на полгода. Пациенты возмущаются, врачи — бессильны. «Или пациент ждёт, или идёт платно. Иногда очередь двигается, если кто-то оплатил исследование сам. Получается, государственная система не работает — она просто имитирует помощь», — жалуются терапевты из поликлиники. Атмосфера накаляется.

Кто в глазах взбешённых пациентов во всём виноват? Конечно, «регулировщик»! Ежедневно на врача сыплются оскорбления, иногда — угрозы жизни… Удовлетворение профессией исчезает — остаётся выгорание.

«Я шла в медицину помогать людям. Теперь у меня паника при мысли о работе», — подводит горький итог Ольга, уже подавшая заявление об уходе из своей тульской поликлиники.

Такие условия выталкивают молодых специалистов: одни уходят в частные клиники, другие и вовсе меняют профессию.

Парадокс: человек с восьмилетним медицинским образованием уходит в курьеры и получает больше, чем в поликлинике, и чувствует себя спокойнее. «Курьеру не нужно отчитываться перед прокурором за ампулы и пластыри. Нет адского потока пациентов и бесконечной документации. И зарплата выше», — пишет такой сменивший профессию терапевт.

Итог: по стране участки пустуют. В столице дефицит менее заметен из-за зарплат; в регионах вместо терапевтов всё чаще работают фельдшеры.

«В нашей поликлинике я не видела живого терапевта с середины нулевых, — пишет жительница Ульяновской области. — На участках сидят выпускники медколледжей, но они не всегда могут справиться со сложными случаями».

Фельдшерская помощь, изначально задуманная как временное решение, в реальности становится постоянной, а с 1 сентября узаконивается и приказом минздрава, который разрешает фельдшерам и акушеркам исполнять обязанности участковых врачей-терапевтов, педиатров и акушеров-гинекологов.

В этой системе заложниками оказались все: пациенты ждут помощи от врачей, а врачи сами нуждаются в поддержке. Госмедицина держится на энтузиастах, но энтузиазм не бесконечен…

Мария ПАНОВА.